Сикачи-Алян. Петроглифы

- Наименование объекта культурного наследия (в соответствии с актом органа государственной власти об объектах к памятникам истории и культуры)

Вид объекта культурного наследия и категория государственной охраны - Памятник археологии федерального значения


Открытие и исследование петроглифов Сикачи-Аляна

Первый этап относится ко второй половине XIX в. и связан с открытиями петроглифов, начальными попытками их систематизации и интерпретации. Сведения о наскальных рисунках Сикачи-Аляна стали известны в конце XIX в. благодаря дневниковым записям русского востоковеда Палладия Кафарова. Впервые печатные сведения о петроглифах у сел Сикачи-Алян и Малышево появились в газете «Приамурские ведомости» в 1895г.[1]Первые сведения о петроглифах Амура в зарубежной печати принадлежат американскому востоковеду Бертольду Лауферу – участнику этнологической экспедиции на Амур, организованной американским музеем естественной истории в Нью-Йорке[2]. В 1908г. описание петроглифов у с. Сикачи-Алян во время своей экспедиции в горы Сихотэ-Алиня сделал известный дальневосточный исследователь В.К.Арсеньев[3]. Древние легенды, связанные с сикачи-алянскими петроглифами и народом, населявшим эти места, во время своего путешествия в 1910 г., описывал этнограф Л.Я.Штернберг[4]. Первые фотографические снимки сикачи-алянских петроглифов были сделаны в 1930г. археологом Н.Г.Харламовым[5].


Второй этап изучения и исследования сикачи-алянских петроглифов связан с именем А. П.Окладникова. В 1935 г. петроглифы Сикачи-Аляна были обследованы участниками Нижне-Амурской археологической экспедиции Института этнографии АН СССР под руководством А.П.Окладникова. С 50-х годов XX столетия начинается планомерное научное изучение петроглифов Сикачи-Аляна. Все эти исследования проводятся под руководством А.П.Окладникова. Большая работа по описанию местоположения, калькированию и интерпретации петроглифов проделана в период 1953–1964гг.[6]. Вместе с А.П.Окладниковым в исследованиях и подготовке материалов для дальнейших публикаций по петроглифам Сикачи-Аляна участвовали И.В.Жалковский, Ю.А.Полумисков, В.А.Тимохин, М.Я.Роменский, Б.А.Фролов, А.П.Деревянко, Б.С.Сапунов, С.Г.Глинский, Е.Ф.Седякина и др. Итогом огромной и многолетней научно-исследовательской работы становится монография А.П.Окладникова «Петроглифы Нижнего Амура»[7]. Разработка вопросов семантического осмысления, начатая А.П.Окладниковым, была продолжена Е.А.Окладниковой, которая рассматривает семантику череповидных личин, сопоставляя этнографические данные коренных народов, населявших Северо-Западное побережье Северной Америки и Нижнего Амура[8]. Ключевой вклад в изучение археологических памятников в районе расположения петроглифов Сикачи-Аляна внесли А.П.Деревянко и В.Е.Медведев[9]. Результаты многолетних археологических раскопок позволили во многом уточнить периодизацию и археологический контекст сикачи-алянских петроглифов. Образы и сюжеты на базальтовых валунах вдоль берега Амура удалось проследить в находках фрагментов керамической посуды и скульптурной пластики, обнаруженных в культурных слоях соответствующих эпох[10].


Третий этап изучения и исследования петроглифов Сикачи-Аляна относится к концу XX – началу XXI столетия. Он связан с осмыслением и корреляцией роли сикачи-алянских петроглифов в культурно-историческом процессе Нижнего Приамурья и Северо-Восточной Азии, анализом материалов археологических раскопок, поиску и открытию новых изображений, а также проблемой сохранности древних наскальных рисунков. Более 50 лет проводил археологические исследования в Приамурье В.Е.Медведев. На основе накопленного материала он выделил на Нижнем Амуре несколько культовых центров, а наиболее значимый – Сикачи-Алян с его обширной зоной распространения археологических стоянок и поселений, а также самым крупным на Дальнем Востоке сосредоточением петроглифов[11]. В последние десятилетия изучение петроглифов амурского региона было ориентировано преимущественно на документирование и поиск путей сохранения этой важной части культурного наследия[12]. Мониторинг сохранности петроглифов Сикачи-Аляна за период 2003–2014 гг. позволил проследить влияние на них факторов природного и антропогенного характера. Эти исследования позволили провести сравнительный анализ современного местоположения камней с петроглифами со схемами 1950-х годов, выполненными А.П.Окладниковым. В результате было установлено, что за 60 лет только в первом и втором пунктах комплекса более 25 камней с рисунками оказались перевернутыми или перемещенными на расстояние от 0,2 до 55м, а более 30 камней с изображениями, отмеченные на схемах А.П.Окладникова, не обнаружены. В противовес этому, за прошедший период было выявлено 5 новых изображений в первом и 12 во втором пунктах комплекса. Новые петроглифы удается обнаружить главным образом при низком уровне Амура, в случаях перемещения камня на другие грани, при выветривании песчаных отложений, а также при изменении угла освещенности (последнее относится к замытым, нечетким изображениям).


Репертуар петроглифов Сикачи-Аляна.

Репертуар петроглифов Сикачи-Аляна представлен категориями фигуративных, абстрактных и неопределяемых изображений. Фигуративные делятся на типы антропоморфные (подтипы личины и фигуры), зооморфные, орнитоморфные, прочие (лодки). Абстрактные петроглифы Сикачи-Аляна представлены окружностями и концентрическими окружностями, ямками-лунками и знаками. К неопределяемым относятся незавершенные, а также деструктированные экземпляры, точная идентификация которых проблематична.


Антропоморфные личины – самая значительная часть корпуса петроглифов Сикачи-Аляна. А.П.Окладников[13]выделил следующие типы личин: овальные, яйцевидно-овальные, сердцевидные, трапециевидные, прямоугольные, с овальной вершиной и прямым основанием, обезьяновидные или череповидные, парциальные. Для первых трех типов характерен симметричный по очертаниям овал или абрис в виде окружности. Яйцевидно-овальные личины имеют сужение в нижней части, обозначающий узкий подбородок. Для сердцевидных личин характерна вогнутость в верхней части, на некоторых экземплярах просматривается декоративное повторение таких V-образных линий, нижняя из которых напоминает стилизованное изображение бровей. Отдельные личины имеют трапециевидную или прямоугольную форму. У череповидных (самых древних) личин верхняя часть расширена, обычно обозначены большие округлые глаза, а нижняя – зауженная, образует округлый или прямо срезанный подбородок. К парциальному типу относятся личины без внешнего контура, а также те, у которых обозначены лишь отдельные детали, глаза, нос, рот. Систематизированы 142 изображения личин, из них 108 доступны для осмотра после исследований А.П.Окладникова (в пункте 1 – 28 (доступно 23) , в пункте 2 – 72 (доступно 58) в пункте 3 – 7 (доступно 7), в пункте 4 – 18 (доступно 18), в пункте 5 – 15 (доступно 0) в пункте 6 – 2 (доступно 2). Из них парциальных личин – 43 (в пункте 1 – 3; в пункте 2 – 26; в пункте 4 – 14), часть представлена комбинацией ямок-лунок. Из доступных к осмотру личин можно выделить: 8 череповидных, 43 парциальных, 6 рельефных, 3 сердцевидных, 4 с ореолом (сиянием), 2 трапециевидные, 44 овальных и яйцевидно-овальных, 9 из которых имеют сложную насыщенную орнаментацию внутри контура.


Антропоморфные фигуры представлены в петроглифах Сикачи-Аляна единичными условными стилизованными изображениями. Фигуры преимущественно парциальные, условно показано туловище, верхние конечности. Зафиксировано 8 камней и отдельных плоскостей с изображениями 32 антропоморфных фигур.


Среди зооморфных образов петроглифов Сикачи-Аляна преобладают изображения лося. Почти все они, за исключением фигур на камнях 1, 8 и 16, представлены во втором пункте, где изображения лосей отмечены А.П.Окладниковым на 10 камнях, еще одна фигура плывущего лося выявлена на камне 05 в 2003г., всего зафиксировано 14 камней с изображениями 32 фигур лосей.


Изображения лошадейв петроглифах Сикачи-Аляна немногочисленны, они разновременны, выполнены как пикетажем, так и гравировкой. В Сикачи-Аляне за все годы исследований было зафиксировано 11 камней и отдельных плоскостей с изображениями 26 лошадей (включая лошадей с всадниками).


Среди зооморфных петроглифов не меньший интерес представляют изображения тигра. О том, что это именно тигры говорит факт проработки внутреннего пространства туловища поперечными полосами, напоминающими раскраску амурского тигра, длинный хвоста. На Сикачи-Аляне изображение тигра представлено на камнях 36, 48, 83 и 84 , всего на 3 камнях и 1 отдельной плоскости изображены 7 фигур тигров. Фигуры, трактуемые как изображения быка, зафиксированы всего на 2 камнях во втором пункте. Идентификация быка в зооморфных петроглифах дискуссионна. Фигуры трактованные как изображения оленя были зафиксированы А.П.Окладниковым на камне 33 во втором пункте, а также на плоскости 84 в третьем пункте петроглифов Сикачи-Аляна. Изображение, определенное А.П.Окладниковым как собака, присутствует во втором (камень 36) и третьем (плоскость 84) пунктах петроглифов Сикачи-Аляна. Единичны фигуры, трактованные А.П.Окладниковым как изображения волка (камень 69) и крысы (камень 72) во втором пункте комплекса петроглифов Сикачи-Аляна. Фигуры змей присутствуют в петроглифах самостоятельно или входят в группы. На Сикачи-Аляне зафиксировано 12 камней с 29 изображениями змей.


Орнитоморфные изображения представлены в петроглифах Сикачи-Аляна фигурами лесных и водоплавающих птиц. В комплексе петроглифов Сикачи-Аляна зафиксировано 8 камней с 12 орнитоморфными изображениями.


Прочие изображения представлены стилизованными изображениями лодок, которые имеют в амурских петроглифах существенное значение, они выявлены не только на Сикачи-Аляне, но и на скалах Уссури у с. Шереметьево и на камне у с. Калиновка далеко в низовьях Амура. В некоторых сюжетах снаружи лодку сопровождает одна или несколько антропоморфных личин. В пункте 2 петроглифов Сикачи-Аляна имеются два изображения лосей, которые также можно трактовать как стилизованные лодки. В комплексе петроглифов Сикачи-Аляна за все годы исследований было зафиксировано 10 камней и отдельных плоскостей с изображениями 25 лодок.


К неопределяемым отнесены криволинейные элементы, которые возможно относятся к незавершенным или деструктированным фигуративным изображениям. Таких изображений зафиксировано 28.


Абстрактные петроглифы представлены на Сикачи-Аляне окружностями и концентрическими окружностями, ямками-лунками и знаками. Основная масса этих геометрических фигур сосредоточены во втором пункте петроглифов Сикачи-Аляна. Окружности присутствуют на камнях отдельно и в сочетании с зооморфными, орнитоморфными фигурами, а также личинами. Всего в комплексе петроглифов Сикачи-Аляна было зафиксировано 10 камней с 18 изображениями концентрических и просто окружностей. Ямки-лунки как правило по диметру не превышают 3см. В определенных композиционных сочетаниях лунки-ямки вполне могут быть приняты за парциальные личины. Всего определено 26 ямок-лунок на 10 камнях. Знаки геометрические в виде черточек, уголков, петель, различного вида лини, а также получившие определенную семантическую интерпретацию (вульвы, солнце) в петроглифах Сикачи-Аляна представлены на 24 камнях с первого по пятый пункты.


Периодизация и хронология наскального искусства Нижнего Амура и его хронологический контекст

Первая и самая ранняя фаза в развитии сикачи-алянских петроглифов относится к периоду начального неолита и может быть датирована в рамках осиповской культуры XIII–X тыс. до н.э. Эта фаза характеризуется примитивными по технике и стилю анималистическими изображениями лошадей, лосей, фигурки лесных птиц. Из антропоморфных изображений к этой фазе развития можно отнести личины парциального типа, череповидные, а также некоторые лунки и их сочетание.


Вторая фаза в развитии сикачи-алянских петроглифов охарактеризована расцветом неолитической эпохи на Нижнем Амуре и связана с развитием малышевской, кондонской и вознесеновской археологическими культурами, где в керамических традициях преобладают мотивы, присущие петроглифам: спиралевидный орнамент и объемные антропоморфные изображения. К этой же фазе, отмечая стремление к реалистической завершенности, А.П.Окладников относит и изображение водоплавающих птиц[14]. На основе данных временных рамок существования археологических культур вторая фаза датируется в пределах IV–III тыс. до н.э.


В основе третьей фазы развития сикачи-алянских петроглифов лежит тенденция к усилению орнаментализации и абстрактности изображений. В первую очередь эта тенденция отражена в оформлении личин. Сложное сочетание линий и геометрических фигур, заполняющих внутреннее пространство личины, придают ей абстрактность и выразительность. Третья фаза соотносится с завершающей стадией неолита и началом эпохи палеометалла, что связано с развитием урильской археологической культуры на Нижнем Амуре, и может быть датирована концом II – началом I тыс. до н.э.


К четвертой фазе относятся изображения с далеко зашедшей деструктивной орнаментализацией[15]. Эта фаза соотносится с расцветом раннего железного века, а именно с польцевской археологической культурой на Нижнем Амуре, и может быть датирована второй половиной I тыс. до н.э. – первой половиной I тыс. н.э.


Заключительная пятая фаза связана с изображениями, выполненными гравировкой (резьбой). Этот пласт петроглифов относится к периоду раннего средневековья. Самые ранние из них, вероятно, были выполнены еще в период существования племен мохэ на территории Приамурья – IV–IX вв., а более поздние принадлежат периоду культуры амурских чжурчжэней, которая датируется VII–XIII вв. Общие временные рамки для этой заключительной фазы в развитии петроглифов Сикачи-Аляна составляют период с IV по XIII в.


Особенности техники выполнения петроглифов Сикачи-Аляна.

На Сикачи-Аляне различаются три основных группы изображений, отличающихся техникой исполнения: выполненные пикетажем, выполненные пикетажем с использованием фактуры и рельефа камня, которые придают изображению свойства барельефа и нанесенные гравировкой (резьбой).


Пикетажем выполнен самый значительный массив изображений, они нанесены желобком различной ширины до 25мм. Глубина варьирует от 2,5 до 10мм. Желобок на фигуративных изображениях оконтуривает абрис фигуры, но это не контурное, а силуэтное изображение – в этом основное отличие амурских фигур от представленных в петроглифических изобразительных традициях других регионов. Часто техника выполнения изображений Сикачи-Аляна напоминает известный в европейском палеолитическом искусстве прием, получивший название шамплеве, который является неким начальным видом барельефа – за счет более пологого внешнего края канавки контура создается эффект рельефности, а более вертикальный внутренний край желобка, или канавки создает имитацию барельефа.


Пикетаж с использованием рельефа камня – этот технический прием является особенным, свойственным именно нижнеамурской провинции наскального искусства, для которой характерно размещение личин на схождении граней или на рельефной фактурной поверхности таким образом, что личина приобретает рельефность, трехмерность. На петроглифах Сикачи-Аляна зафиксирован ряд таких объемных личин: в пункте первом на камнях 2, 4, 5; в пункте втором на камнях 25, 50, 62, 63, а также выявленных 01, 011, 012.


Гравировкой(резьбой) выполнены изображения, которые относятся к позднему, раннесредневековому этапу. Средневековый пласт петроглифов в Сикачи-Аляне существенно отличается от основной массы изображений прежде тем, что они выполнены резной линией, вероятно, при помощи металлических инструментов. За единичными исключениями, все изображения этой фазы имеют иную локализацию: они выполнены на вертикальных поверхностях скальных выступов цокольных террас в третьем пункте комплекса петроглифов.


Аналогии образам наскального искусства Нижнего Амура и их интерпретация.

Региональные аналогии петроглифам Сикачи-Аляна прослеживаются в изображениях личин на вертикальных скальных обнажениях и отдельно лежащих валунах, которые известны, в том числе и благодаря работам последних лет, по правому берегу р. Уссури у с. Шереметьево, на р. Кия в урочище «Чертово плесо». На весьма удаленные аналогии нежнеамурским личинам указывали А.П. Окладников[16], Е.А. Окладникова[17], М.А. и Е.Г. Дэвлет[18] и др., отмечая, что сходные антропоморфные личины присутствуют в археологических и этнографических материалах на обширной территории Пасифики. Сходные с сикачи-алянскими личины обнаружены в петроглифах Северо-Восточного Китая, Синьцзяна, Кореи, Вьетнама, в Полинезии, Новой Каледонии, на островах Пасхи и Фиджи, Гавайских островах, на Аляске, в канадской провинции Британская Колумбия, в Австралии. Особенно убедительны аналогии личинам из Британской Колумбии и Аляски, однако неопределенность хронологической позиции наскального искусства этих регионов не позволяет сделать однозначных исторических выводов о генезисе этого сходства. Спиральная орнаментика, важная составляющая нижнеамурских личин, присутствует в декоре керамических сосудов и статуэток догу культуры дземон Японского архипелага, элементы декора нижнеамурских личин обнаруживают сходство с широким кругом археологических и этнографических масок Тихоокеанского бассейна. Важный потенциал аналогий обнаруживается в Корее и Китае (Синьцзян, Внутренняя Монголия, Нинся-Хуэйский АО).



[1] Ветлицын П.И. Заметка о древних гольдских памятниках близ селения Малышевского // Приамурские ведомости. №56. Хабаровск, 1895. С. 17–18.

[2] Laufer B. Petroglyphs on the Amur // American anthropologist. 1899. №5. P. 749–750.

[3] Арсеньев В.К. В горах Сихотэ-Алиня // Сочинения. Т. III. Владивосток: Примиздат, 1947. С. 8–9.

[4] Штернберг Л.Я. Гольды // Гиляки, орочи, гольды, негидальцы, айны. Статьи и материалы. Под редакцией и с предисловием Я.П. Алькора (Кошкина). Хабаровск, 1933. С. 454–458.

[5] Харламов Н.Г. Руины «Гальбу»: [Петроглифы Сакачи-Аляна, находки разновременных вещей] // Проблемы истории материальной культуры. Л., 1933. №1–2. С. 42–44.

[6] Окладников А.П. У истоков культуры народов Дальнего Востока // По следам древних культур. От Волги до Тихого океана. М., 1954. С. 237–244.; Окладников А.П. Петроглифы Сакачи-Аляна // Вопросы истории Советского Дальнего Востока (Тезисы докладов на пленарном заседании IV Дальневосточной научной конференции по вопросам истории, археологии, этнографии и антропологии). Владивосток, 1965. С. 15–21.

[7] Окладников А.П. Петроглифы Нижнего Амура. Л.: Наука, 1971. 336 с.

[8] Окладникова Е.А. Загадочные личины Азии и Америки. Новосибирск. Изд-во «Наука» Сибирское отделение, 1979а. 168 с.; Она же. Петроглифы Антильских островов (череповидная личина как сюжет наскального искусства тихоокеанского мира) // Древние культуры Сибири и Тихоокеанского бассейна. 1979б. Новосибирск.; Окладникова Е.А. Петроглифы Антильских островов // Древние культуры Сибири и Тихоокеанского бассейна. Новосибирск, 1979в. С. 87–103.

[9] Деревянко А.П., Медведев В.Е. Исследование поселения Гася (общие сведения, предварительные результаты 1975 г.). Препринт, ИИФФ СО АН СССР. – Новосибирск, 1992. – 29 с.; Деревянко А.П., Медведев В.Е. Исследование поселения Гася (предварительные результаты 1980 г.). ИАЭТ СО РАН. – Новосибирск, 1993. – 109 с.

[10] Деревянко А.П., Медведев В.Е. Исследование поселения Гася (общие сведения, предварительные результаты 1975 г.). Препринт, ИИФФ СО АН СССР. – Новосибирск, 1992. – 29 с.

[11] Медведев В.Е. Неолитические культовые центры в долине Амура // Археология, этнография и антропология Евразии. 2005. №4 (24). C. 40–69.

[12] Горнова М.И. «Петроглифы Сикачи-Аляна». Проект сохранения историко-археологического памятника в пункте первом каменной гряды у села Сикачи-Алян Хабаровского края. Хабаровск, 2000. 39 с.;

Devlet E. Rock art studies in Northern Russia and the Far East, 2000–2004 // Rock Art Studies. News of the World 3. 2008. UK: Oxbow. P. 120–137.; Devlet E. Rock art studies in Northern Russia and the Far East // Rock art studies. News of the World 4. 2012. UK: Oxbow. P. 124–148.; Ласкин А.Р., Дэвлет Е.Г. Новые петроглифы на реке Уссури в Хабаровском крае // ПИФК. 2013. № 4(42), Москва-Магнитогорск-Новосибирск. С. 209–216.; Дэвлет Е.Г., Ласкин А.Р. К изучению петроглифов Амура и Уссури // КСИА. 2014. Вып. 232. М. С. 8–31.

[13] Окладников А.П. Петроглифы Нижнего Амура. Л.: Наука, 1971. 336 с.

[14] Там же. C. 88.

[15] Там же. C. 89.

[16] Там же. 336 с.

[17] Окладникова Е.А. Загадочные личины Азии и Америки. Новосибирск. Изд-во «Наука» Сибирское отделение, 1979а. 168 с.; Она же. Петроглифы Антильских островов (череповидная личина как сюжет наскального искусства тихоокеанского мира) // Древние культуры Сибири и Тихоокеанского бассейна. 1979б. Новосибирск.

[18] Дэвлет М.А., Дэвлет Е.Г. Антропоморфные личины как маркеры путей древних миграций // Окуневский сборник. Культура и ее окружение. Вып. 2. СПб., 2006. С. 325–229.


 

 Сикачи-Алян камень 9

 Сикачи-Алян камень 20

 Сикачи-Алян камень 25


 Сикачи-Алян камень 55

 Сикачи-Алян камень 63

 Сикачи-Алян камень 65

 Сикачи-Алян камень 82


 Сикачи-Алян Стелла


СТАТЬИ:


Дэвлет Е.Г., Ласкин А.Р. Петроглифы Хабаровского края: результаты мониторинга последствий паводка в 2013 году на Амуре и Уссури // Археология, этнография и антропология Евразии. 2015. Т.43. №4. - С.94-105. [1,27 Mb] (cкачиваний: 4)


Ласкин А.Р. Новые результаты исследований памятников древнего наскального искусства в бассейне рек Амура и Уссури в Хабаровском крае: проблемы сохранения и использования // Труды IV (XX) Всероссийского археологического съезда в Казани. Т.IV/ - Казань: Отечество, - 2014. - С.62-65. [1,01 Mb] (cкачиваний: 2)

    Ласкин А.Р. О результатах обследования петроглифов Сикачи-Аляна и Шереметьево // Краткие сообщения Института археологии. - 2014. - Вып.236. - М.: Языки славянской культуры: Знак. - С.82-86. [20,75 Kb] (cкачиваний: 5)

Дэвлет Е.Г., Ласкин А.Р. К изучению петроглифов Амура и Уссури // Краткие сообщения Института археологии. - 2014. - Вып.232. - М.: Языки славянской культуры. - С.8-31. [5,78 Mb] (cкачиваний: 8)

Ласкин А.Р. Перспективы дальнейшего изучения и сохранения петроглифов Сикачи-Аляна // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2007. - №2(30). - С.136-142. [3,5 Mb] (cкачиваний: 5)